газ

Российский премьер Дмитрий Медведев обратил внимание, что страны – члены ЕАЭС могли бы получать российский газ по гораздо более высоким ценам, чем сейчас. По его словам, не нужно «ничего доказывать и упражняться в подсчетах». Заявление Медведева выглядит как недвусмысленное предупреждение Белоруссии, которая уже около года пытается добиться снижения газовых цен и даже в одностороннем порядке их пересмотрела, что привело к российско-белорусскому конфликту.

Во вторник, 7 марта, в киргизском Бишкеке прошло заседание Евразийского межправительственного совета, на котором, помимо прочего, обсуждался и актуальный вопрос газовых цен. Глава российского правительства Дмитрий Медведев заявил, что члены Евразийского экономического союза (ЕАЭС) получают газ на льготных условиях, которых могло бы и не быть.

«Давайте, коллеги, прямо, без обиняков: если бы некоторые страны, присутствующие здесь, не входили в состав нашего союза (ЕАЭС) или, представим себе, вышли из состава союза, они покупали бы сейчас газ по европейским ценам – порядка $200 за 1000 кубометров, — сказал российский премьер. — Вот и все. И не нужно ничего доказывать, упражняться в подсчетах. Все было бы существенно, гораздо дороже. Здесь никто никого насильно не держит, мы добровольно все это создали».

В состав ЕАЭС помимо России входят Белоруссия, Казахстан, Армения и Киргизия. Однако свое недовольство газовыми ценами выражали только белорусы, так что заявление Медведева, очевидно, адресовано именно белорусской делегации.

В настоящее время Россия и Белоруссия жестко спорят на тему газовых цен. Конфликт начался еще в начале прошлого года, когда белорусская сторона в одностороннем порядке пересмотрела цены на российский газ и стала платить $73 за 1 тыс. кубометров вместо $132, как прописано в контракте. Причем аргументирует это Минск именно тем, что в рамках ЕАЭС Белоруссия должна получать газ по внутрироссийской цене. Белоруссия неоднократно обещала выплатить задолженность — при условии пересмотра цены, но ни того ни другого сделано не было.

Как говорил в конце февраля вице-премьер Аркадий Дворкович, долг Минска достиг $600 млн. «Это прямые потери российского бюджета», — подчеркнул вице-премьер.

В ответ Россия сократила поставки нефти в Белоруссию, вынудив последнюю искать альтернативных поставщиков.

Белорусский премьер-министр Андрей Кобяков во вторник подчеркнул, что неурегулированность нефтегазового спора Москвы и Минска мешает развитию ЕАЭС и интеграции в целом.

«Наши партнеры прекрасно осведомлены, что 96% электроэнергии в Республике Беларусь вырабатывается из российского природного газа, — указал Кобяков. — Как в такой ситуации можно конкурировать на общем рынке?»

В настоящее время переговоры по газу продолжаются. Ранее Дворкович говорил, что они проходят сложно. Пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков во вторник сообщил, что у России есть «весьма последовательная позиция», которую РФ на рабочем уровне доводит до Белоруссии. По словам Пескова, Путин традиционно относится к теме развития ЕАЭС как к одному из главных приоритетов. Также пресс-секретарь президента сообщил, что в настоящее время идет подготовка к проведению Высшего госсовета Союзного государства России и Белоруссии, хотя дата мероприятия пока не назначена.

При этом Песков подчеркнул, что лучшим подтверждением того, что Россия «очень дорожит» отношениями с Белоруссией, является объем прямой и косвенной помощи, которую РФ Белоруссии оказывает.

Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин говорит, что вся нефтегазовая риторика России и Белоруссии, по сути, является обыкновенным торгом и всерьез никто из ЕАЭС выходить не собирается, как и не собираются никого из союза исключать.

Российская позиция опирается на то, что в Евросоюзе у Белоруссии — особенно при Лукашенко — нет никаких перспектив (Лукашенко неоднократно называли «последним диктатором Европы»), — рассказывает политолог. — Минск, в свою очередь, исходит из того, что у России сейчас мало союзников (а Белоруссия помимо экономического сотрудничества является союзником РФ по ОДКБ) и Москва ставит геополитические интересы выше экономических, поэтому в вопросах экономики может уступить».

Но, обращает внимание Макаркин, стороны фактически не могут договориться уже около года, причем торг постоянно ужесточается.

По оценке политолога, у России позиция сильнее, она себе может позволить дольше тянуть время, что объясняется как более крупной экономикой, чем у Белоруссии, так и тем, что «белорусское экономическое чудо» в значительной степени обязано своим существованием именно поддержкой России. «Но вряд ли можно говорить о том, что в итоге одна сторона навяжет свою волю другой на 100%», — полагает Макаркин.

Алексей Топалов, Газета.ру.