аэс

Министр энергетики Польши Кшиштоф Тхужевский высказался в СМИ за возрождение проекта строительства собственной атомной электростанции.

В Польше не в первый раз заводят разговор об атомной энергетике, но если ранее дальше заявлений о необходимости собственной АЭС речи не шло, то сегодня польские власти продвинулись на шаг вперед, озвучив единственно подходящий им тип электростанции (поколение III+), и по чистой случайности единственной компанией, имеющей рабочие блоки такого поколения (ВВЭР-1200), является российский «Росатом».

Варшава обосновывает свои стремления чисто экономическими соображениями и ужесточением Еврокомиссией экологического законодательства. ЕС планирует с 2020 года увеличивать размеры штрафов за выбросы тепловых газов, что напрямую затронет Польшу, так как около 80% генерации электроэнергии в стране обеспечивают угольные электростанции.

Глава энергетического ведомства Кшиштоф Тхужевский оценил стоимость электроэнергии в Польше к 2025 году, если до этого времени не будет решена проблема декарбонизации энергетики, и указал, что ее цена вырастет на 30–40%. Энергетика же на возобновляемых источниках, по мнению министра, ситуацию исправить не сможет ввиду того, что «вклад ветряных электростанций в общий энергобаланс не превысит 4%, а наиболее подходящие участки для их строительства, сосредоточенные на побережье Балтийского моря, освоены почти полностью».

Варианты же расширения сферы использования природного газа потребуют крупномасштабных вложений в инфраструктуру. «Построить газовую электростанцию дешевле, чем атомную, но эксплуатация газовой электростанции обойдется дороже», — отметил Тхужевский. Ко всему прочему, в Польше практически нет участков, которые с геологической точки зрения могли бы быть использованы для строительства подземных газовых хранилищ, являющихся частью необходимой инфраструктуры.

В этой связи Министерство энергетики подготовило поправки к ядерно-энергетической программе страны, которая будет представлена на рассмотрение правительства Польши до конца текущего года.

На сегодняшний день Польская Республика является единственной страной из «Вышеградской группы», объединяющей также Венгрию, Чехию и Словакию, которая не имеет собственной АЭС.

В радиусе 300 км от страны работают 23 энергоблока АЭС. Поэтому у Варшавы есть все основания вплотную заняться этим вопросом.

Весьма показателен опыт Венгрии, которая в 2017 году получила от Еврокомиссии согласование поддержки проекта строительства АЭС «Пакш-2». В Венгрии, как и в Польше, необходимая инфраструктура была создана еще советскими специалистами. Бухарест использует площадку «Пакш» для строительства двух новых энергоблоков.

В свою очередь, у Польши есть площадка «Жарновец», на которой в 1980-х годах планировалось построить АЭС с четырьмя энергоблоками с реакторами советского проекта ВВЭР-440. В 1983 году началось строительство первых двух блоков, однако в сентябре 1990 года было принято решение о его прекращении.

Сегодня необходимость высокотехнологического рывка в сфере энергетики ни у кого в Польше не вызывает сомнения, ведь более 90% всей производимой в стране электроэнергии (ориентировочно 160 ГВт/ч) приходится на генерацию ТЭС и ТЭЦ (около 60 с суммарной установленной мощностью 30 ГВт). Почти все они работают на угле, серьезно загрязняя окружающую среду.

Европейская комиссия не раз обращала внимание польских властей на несоблюдение европейского экологического законодательства, а Европейское агентство по окружающей среде неоднократно включало Польшу в топ стран с самым грязным воздухом в ЕС.

В 2018 году Европейский суд юстиции признал Польшу виновной в систематических нарушениях норм загрязнения воздуха ЕС из-за чрезмерного использования угля в энергетике страны.

По большому счету, Варшаве остается только определиться с типом реактора для АЭС и с тем, где взять деньги. Если с первым ясность есть — Варшава рассматривает только АЭС поколения III+ с реактором ВВЭР-1200, которая отвечает всем постфукусимским требованиям безопасности, — то с инвестором дела обстоят сложнее, ведь финансовые вложения в строительство такого энергетического объекта могут составить более 10 млрд евро.

У «Росатома» есть большой опыт строительства АЭС в кредит, но готова ли Польша рассматривать российскую корпорацию, которая на сегодняшний день является единственной компанией в мире, имеющей необходимые рабочие блоки ВВЭР-1200 (в 2017 году такой реактор был введен в промышленную эксплуатацию на Нововоронежской АЭС-2) в качестве основного оператора проекта?

Сегодня российский атомный концерн является безусловным мировым лидером в области новейших технологий, имея контракты на строительство реакторов ВВЭР-1200 более чем в десяти странах мира. В стадии строительства — два энергоблока с реакторами ВВЭР-1200 на Белорусской АЭС. Будут построены пятый и шестой блоки венгерской АЭС «Пакш», блок АЭС «Ханхикиви-1» в Финляндии, четыре блока АЭС «Эд-Дабаа» в Египте, четыре блока АЭС «Аккую» в Турции, два блока АЭС «Руппур» в Бангладеше.

Логично было бы польским властям обратиться именно к России как к единственному обладателю высокотехнологической разработки, которую они хотят получить. Но такой сценарий вряд ли сегодня уместен.

Похоже, что и в этом вопросе геополитика вновь возобладает над здравым смыслом и экономической целесообразностью, в очередной раз поставив крест на попытке Варшавы совершить технологический рывок в энергетической сфере. Курс польского руководства на отказ от поставок энергоресурсов из России и политизация строительства газопровода «Северный поток — 2» не способствуют выстраиванию добрососедских отношений. К тому же на днях министр обороны Польши Мариуш Блащак анонсировал как уже решенный вопрос размещение на постоянной основе военной базы США на территории республики.

В этих условиях Варшаве рассчитывать на получение российских передовых технологий в области мирного атома явно не приходится. Остается единственный выбор — либо экспортировать электроэнергию со строящейся тем же «Росатомом» Островецкой АЭС в Беларуси (запуск в эксплуатацию первого реактора запланирован на конец 2019 года), либо получать белорусскую электроэнергию с неплохой наценкой через третьи страны, что, впрочем, вполне в духе нынешней Польши.