20160902_zaf_x99_174_1

В Китае ведутся разработки аэробаллистической ракеты, функционально схожей с российским комплексом «Кинжал». Информацию об этом опубликовало издание The Diplomat. Что и зачем делают китайцы, а также что вообще происходит с этим классом вооружений в мире?

С земли в воздух

Источники The Diplomat в американских правительственных структурах утверждают, что Китай с декабря 2016 года провел уже пять летных испытаний аэробаллистической ракеты воздушного старта с борта бомбардировщиков H-6.

Двухступенчатое твердотопливное изделие якобы разработано на базе ракеты средней дальности DF-21 и имеет дальность свыше 3 тыс. км. Американцы полагают, что ракета будет готова к развертыванию после 2025 года.

Как следует из высказываний американских военных и представителей разведки, Китай создает две аэробаллистические ракеты, одна из которых способна нести ядерный боезаряд. Вторая, предположительно, имеет обычное оснащение и предназначена для решения противокорабельных задач. В принципе, эта схема функционально повторяет вариации того самого семейства БРСД наземного старта DF-21, в котором есть и ядерные ракеты, и высокоточные неядерные с корректируемыми боевыми частями.

H-6 — лицензионная китайская копия советского бомбардировщика Ту-16. На данный момент это основной самолет китайской дальней авиации. Его версии несли на себе свободно-падающие ядерные бомбы Китая, а с некоторых пор он переоборудуется для задач неядерного сдерживания в оснащении крылатыми ракетами CJ-10.

Мода распространяется

Полтора месяца назад Россия официально объявила о постановке на опытно-боевое дежурство авиационного комплекса «Кинжал» с аэробаллистической ракетой. Изделие, видимо, представляющее собой развитие одной из аэробаллистических ракет оперативно-тактического ракетного комплекса «Искандер-М», подвешивается под фюзеляж перехватчика МиГ-31.

Заявленная дальность действия — 2 тыс. км. Использование МиГ-31, предположительно, объясняется необходимостью выдерживать определенные условия старта, в том числе по высоте, а также по высокой сверхзвуковой скорости в момент сброса.

Ракета, как утверждается, оснащается системой самонаведения и предназначена для поражения надводных кораблей и наземных объектов. С декабря 2017 года опытно-боевое дежурство несется в пределах Южного военного округа (скорее всего, речь идет о продолжении испытаний комплекса на территории ЮВО).

Аэробаллистические ракеты стояли на вооружении и раньше, но, как правило, это были изделия с небольшой дальностью. Например, американская AGM-69 SRAM, запущенная в производство в 1971 году, добивала до 200 км. Советская Х-15, появившаяся в войсках в 1980 году, — до 280 км.

Но проекты возникали постоянно. На рубеже 1950-х и 1960-х годов США разрабатывали дальнюю аэробаллистическую ракету GAM-87 Skybolt (до 1850 км), но в 1962-м проект был остановлен. Была также идея разместить на транспортном самолете C-5A морские ракеты Polaris. Проводились опыты по воздушному запуску «нормальных» баллистических ракет, выбрасываемых из грузового отсека транспортных самолетов. В октябре 1974 года американцы сбросили с транспортника C-5A ракету Minuteman I.

Велись аналогичные разработки и в СССР. Прорабатывались варианты запуска морских баллистических ракет Р-29Р с Ан-22 и Ан-124. В 1980-е годы был обоснован облик авиационного ракетного комплекса «Кречет», представлявшего собой две малогабаритные твердотопливные ракеты, размещаемые на борту переоборудованного бомбардировщика Ту-160К. Досягаемость такого авиационного комплекса (самолет + ракета) по проектным расчетам составляла 10 тыс. км.

Чем хороши такие системы вооружения?

Во-первых, отметим ключевые моменты, важные в случае России (но не Китая). Москва как наследник СССР включена в двустороннюю систему ограничения и контроля над стратегическими наступательными вооружениями. Что говорит нам эта система про такие ракеты?

В общем, ничего. Договор о ракетах средней и меньшей дальности от 1987 года (РСМД) запрещает создавать баллистические ракеты с дальностью от 500 до 5500 км, но только с наземным стартом.

В свою очередь, аэробаллистические ракеты с дальностью свыше 600 км ограничивались по соглашению ОСВ-2 от 1979 года (не ратифицировано, но джентльменски исполнялось, несмотря на нагнетание военной истерии в первой половине 1980-х годов) по количеству развернутых единиц, забрасываемому весу и количеству боеголовок на одной ракете, а также по условиям использования носителей. По договору СНВ-1 от 1991 года разработка, испытания и развертывание баллистических ракет «воздух-земля» (БРВЗ) с дальностью свыше 600 км запрещались.

Но СНВ-1 с 2009 года не действует, а в ныне актуальном «Пражском СНВ» от 2010 года такой класс вооружений вообще не упоминается. С учетом того, что в Праге договорились засчитывать тяжелые бомбардировщики по схеме «один самолет — один боезаряд», ситуация благоволит развертыванию БРВЗ даже на «классических» тяжелых бомбардировщиках. А такие носители, как истребитель-перехватчик МиГ-31, вообще не подотчетны системе договоров СНВ.

Следовательно, создав «Кинжал», Россия элегантно воспользовалась «серой зоной» в международных контрольных режимах. Создано стратегическое боевое средство, никоим образом не подпадающее под количественные или параметрические ограничения «Пражского СНВ». При этом, помимо заявленных противокорабельных возможностей, изделие в первую очередь исполняет функции «эрзац-ракеты средней дальности» для применения по стационарным наземным объектам, не нарушая запреты договора РСМД.

Заметим, что к Китаю все эти соображения не относятся в принципе: Пекин в режимы ограничения и контроля СНВ не включен и договор РСМД не подписывал.

Здесь, правда, остаются другие вопросы — в частности, об устойчивости такой системы вооружения к контрсиловым ударам. Авиация традиционно считается самой «непрочной» частью стратегических наступательных вооружений перед лицом разоружающего удара противника. И если самолеты типа МиГ-31 еще можно рассредоточить достаточно широко и быстро, то применение тяжелых бомбардировщиков, как в случае с Китаем, существенно снижает живучесть БРВЗ.

В любом случае, очень похоже на то, что на следующем раунде переговоров в Женеве тема ограничения аэробаллистических ракет большой дальности всплывет одной из первых.