вкс су-34

Как пишут Иван Сафронов, Александра Жаркова-Джорджевич в статье «Бомбящие вместе», опубликованной журналом «Власть», с начала военной операции в Сирии осенью 2015 года Россия не раз пыталась договориться о сотрудничестве с международной коалицией, возглавляемой США, но безуспешно. В Кремле надежды на то, что Америка станет более сговорчивой, тесно связывают с приходом к власти Дональда Трампа. И не напрасно: на прошлой неделе Россия и коалиция нанесли первый совместный авиаудар по городу Эль-Баб.

К концу 2016 года отношения Кремля и Белого дома, в последние пару лет подвергшиеся многим испытаниям, испортились окончательно. Иметь дело с Бараком Обамой, который то вводит санкции в отношении российских чиновников и бизнесменов, то высылает из страны десятки дипломатов и вообще не желает принимать внешнеполитический курс России и идти на компромиссы, Владимир Путин не хотел.

Ситуация из сложной могла превратиться вовсе в критическую, однако у Кремля было одно важное преимущество — время.

У Обамы заканчивался второй президентский срок, и он вне зависимости от жесткости принимаемых решений уходил в отставку. «Все понимали, что сейчас нужно набраться терпения, стиснуть зубы и подождать — споры с «хромой уткой» были бесполезны и могли только навредить»,— рассказывает высокопоставленный источник «Власти» в дипломатических кругах. В связи с этим надежды на улучшение ситуации Россия связывала с его сменщиком — Дональдом Трампом.

Во время первого телефонного разговора, состоявшегося 14 ноября 2016 года, действующий президент России Путин и избранный президент США Трамп не стали затрагивать тему санкций, сконцентрировавшись на антитеррористических вопросах. Источники «Власти» объясняют это тем, что разговор о снятии санкций по инициативе российской стороны мог быть расценен как проявление слабости — прежде всего лично Владимира Путина — и вести его в таком ключе просто не имело смысла. В Кремле хотели диалога на равных — то есть того, чего Москве не удавалось добиться от Вашингтона при администрации Барака Обамы. Тема борьбы с террористами «Исламского государства» и «Джебхат ан-Нусры» (обе организации запрещены в России) — общепризнанного мирового зла для всего цивилизованного сообщества — оказалась подходящей и для Владимира Путина, и для Дональда Трампа.

Президенты обсуждали взаимодействие двух стран в вопросе сирийского урегулирования. Эта тема была вновь поднята во время телефонного разговора, состоявшегося 29 января, и, по сведениям «Власти», станет ключевой уже во время личной встречи Путина и Трампа, которая должна состояться в ближайшие месяцы.

Несмотря на все сложности и практически полное отсутствие взаимопонимания между Россией и США в сирийском вопросе, попытки наладить координацию усилий делались неоднократно. Стороны с самого начала имеют разные подходы к сирийской кампании (коалиция во главе с США начала наносить удары по территории Сирии без одобрения местного правительства, Россия же приступила к бомбардировкам по просьбе Башара Асада), но даже в таких условиях они не оставляли попыток найти общий язык.

Российское руководство говорило, что «как минимум» стремится избегать недопонимания с коалицией, а «как максимум» — сотрудничать, чтобы «борьба против терроризма велась более эффективно».

В октябре 2015 года представители военных ведомств России и США согласовали меморандум о безопасности полетов над Сирией. Документ регламентировал полеты самолетов и БПЛА, определял каналы связи между военными двух стран, а также механизм взаимодействия при кризисных ситуациях, но не предполагал обмена разведданными и координации целей ударов. Были достигнуты соглашения о минимальных безопасных расстояниях между самолетами России и США — до этого в небе над Сирией российская и американская авиация сближались до зрительного контакта, создавая реальную угрозу столкновения в воздухе.

Это соглашение действует и сейчас: как сообщили «Власти» в Минобороны РФ, 8 февраля состоялась видеоконференция рабочей группы высокого уровня России и США по вопросам выполнения Меморандума о взаимопонимании по предотвращению инцидентов и обеспечению безопасности полетов авиации в ходе проведения операций в воздушном пространстве Сирии. «Проведен анализ отдельных элементов взаимодействия, способствующих разрешению потенциальных конфликтных ситуаций. Было констатировано отсутствие каких-либо существенных инцидентов в связи с применением авиации России и ВВС возглавляемой США коалиции в Сирии, а также эффективность и надежность существующих каналов связи»,— добавили в министерстве.

В остальном «сирийские пути» Москвы и Вашингтона расходятся.

Колоссальные усилия главы МИД РФ Сергея Лаврова и госсекретаря США Джона Керри по введению на территории Сирии «режима тишины» несколько раз обернулись провалом. Пентагон отверг все предложения Минобороны РФ по координации целей для нанесения совместных ударов, а министр обороны США Эштон Картер обвинил Россию в игнорировании просьб не бомбить отряды сирийской оппозиции, которые действуют при поддержке США на юге Сирии. Обещанное американскими чиновниками разделение на «умеренную оппозицию» и боевиков так и не произошло. Совместная работа по линии координационных центров — российско-иранско-сирийско-иракского в Багдаде и коалиции во главе с США в Аммане — сводится к декоративным функциям. По словам военных источников «Власти», такое положение дел не устраивало высшее руководство страны, «но и постоянно биться головой в закрытую дверь надоело». В октябре 2016 года, за три месяца до окончания полномочий Обамы, все контакты двух стран по военной линии были свернуты: с тех пор работа оборонных ведомств в Сирии велась обособленно и без оглядки на взаимные обвинения.

Россия обладает в Сирии значительной военной мощью. Несмотря на дважды проводившийся вывод основных сил и средств в 2015 и 2016 годах, российская группировка насчитывает несколько десятков единиц штурмовой и бомбардировочной авиации (Су-25СМ3 и Су-24М/Су-34 соответственно), восемь истребителей Су-30СМ и Су-35, мощную систему ПВО (зенитные ракетные системы С-400 и С-300В4, «Бук-М2», а также зенитные ракетно-пушечные комплексы «Панцирь-С1»), вертолетную технику (Ми-35, Ми-28Н, Ка-52), десятки танков Т-90С и бронетранспортеров БТР-82А, гаубицы «Мста-Б», а также тяжелые огнеметные системы ТОС-1А. Их поддерживали стратегическая авиация и до недавнего времени — авианосная группа, в составе которой тяжелый авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов», тяжелый атомный ракетный крейсер «Петр Великий», большие противолодочные корабли «Североморск» и «Вице-адмирал Кулаков». За 118 суток похода корабельная группа прошла 18 тыс. морских миль, выполнив 420 боевых вылетов (из них 117 ночью) и уничтожив более 1 тыс. объектов террористов на территории Сирии.

В отсутствие координации с США вооруженным силам РФ совместно с правительственными войсками удалось освободить некогда второй по величине город в Сирии — Алеппо, который сейчас охраняется отрядами военной полиции из РФ. К охране отбитых у боевиков территорий они были привлечены после того, как освобожденная Пальмира была снова взята «Исламским государством»: из-за неудобного географического расположения и откровенной слабости правительственных войск она была сдана практически без боя и остается под контролем террористов до сих пор. По данным «Власти», вопрос о начале операции по ее повторному освобождению остается открытым: командование вооруженных сил РФ в Сирии готово оказывать посильную поддержку армии Башара Асада, обеспечивая прикрытие с воздуха (при помощи авиации) и на земле (при содействии сил специальных операций). Однако сирийским вооруженным силам требуется время для формирования ударных группировок, способных вести наступательные операции.

В Минобороны РФ считают, что теоретически взаимодействие с Пентагоном могло бы положительно сказаться на освобождении стратегических объектов в Сирии: «Все зависит от их желания, нам хотелось бы быть в курсе их намерений в ближайшее время».

Впрочем, улучшение отношений между странами, по крайней мере в части координации военных действий, уже заметно.

22 января командование российской авиагруппы в Хмеймиме получило от американской стороны по прямой линии из штаба международной коалиции в Аммане (Иордания) координаты целей в Эль-Бабе (провинция Алеппо). Перепроверив и подтвердив данные космической разведкой, два самолета международной коалиции (по данным «Власти», они принадлежали одной из европейских стран-членов НАТО — Бельгии) и два из состава ВКС РФ нанесли бомбовый удар. До этого момента в Пентагоне и НАТО отрицательно реагировали на предложения о координации совместных действий с Россией в Сирии, но в этом случае российскую сторону впервые за долгое время ждал сюрприз. Полковник запаса Виктор Мураховский отметил, что уровень координации за последние недели действительно возрос, и привел в пример совместную бомбардировку боевиков самолетами ВКС РФ и коалиции в провинции Хомс. «Что касается долины реки Евфрат, район провинции Ракка — это основная цель, по которой наносятся удары, в этих точках координация продолжится»,— предполагает эксперт.

Военные источники «Власти» утверждают, что Минобороны РФ при наличии политического решения готовы пойти на беспрецедентное сотрудничество с коллегами из Пентагона: прямой обмен разведданными, координация целей, совместные авиавылеты, а в случае необходимости — и взаимодействие на земле при проведении спецопераций. Однако Москва хочет заставить Пентагон играть по своим правилам, и размер российской группировки в Сирии это позволяет.

«Но нам для этого нужны гарантии на высшем уровне»,— говорят военные.

Получить их можно будет только в случае успешных личных переговоров Владимира Путина и Дональда Трампа. Тогда же должен решиться вопрос с союзником России в Сирии — Ираном, в отношении которого новая администрация Белого дома настроена крайне скептически (прежде всего из-за иранской ядерной программы).

Профессор Университета Кентукки Роберт Олсон считает, что вряд ли в Сирии произойдут существенные изменения в первые месяцы президентства Трампа. С этим соглашаются и дипломаты, утверждающие, что иллюзий насчет работы с новой администрацией Белого дома не испытывают. «Мы находимся в процессе установления контактов с коллегами по разным линиям,— говорит заместитель главы МИД РФ Сергей Рябков.— Мы продолжим эту работу после того, как начнут заполняться вакансии на более низких этажах американской иерархии. До этого дело пока не дошло, но старт с новой командой взят». По его словам, «слишком много накопилось трудностей, образовалось завалов, сознательно создававшихся предыдущей администрацией на пути развития отношений»: «Продолжаются попытки деструктивно настроенных сил, по сути дела, связать руки новой администрации США, стреножить ее, с тем чтобы она и шагу не могла ступить вперед в плане улучшения отношений с Россией. Мы это видим».