армия рф

Интервью с генералом Армии Польши Романом Полько (Roman Polko).

— Россия объявила, что в этом году совместные российско-белорусские учения «Запад» станут одними из самых масштабных за всю их историю. Как наглядно объясняется, военных и технику отправят на маневры в 4 162 вагонах.

— Неизвестно, сколько военных разместит Путин в одном вагоне. Между тем важен не только сам размер сил. Российский президент не первый год ведет информационную войну, в которой он одерживает победу над Западом. Его возможности в медиасфере возрастают. Устраивая такие учения, Россия заботится об их освещении. То же самое происходит при переброске комплексов «Искандер». В этом больше пропаганды, чем реальных действий. Тем не менее учения недооценивать не следует, хотя Россия в своем современном экономическом положении не сможет выдержать военное противостояние.

— Нам есть чего опасаться?

— Чисто теоретически объектом атаки станет Варшава. Вероятно, будут также отрабатываться тактические ядерные удары. Сближаясь с Белоруссией, Россия начинает представлять куда большую опасность, чем ее одинокий остров — непотопляемый авианосец под названием Калининградская область. Также не стоит забывать, что на административные согласования, касающиеся военных шагов, России и Белоруссии нужны часы, а в НАТО такие решения принимаются неделями и месяцами. Поэтому нам нужно создать сценарии ответа на действия, которые могут предпринять россияне.

- Возможно ли это при том высоком уровне забюрократизированности, который существует в НАТО?

— Раньше это не удавалось, но сейчас можно взглянуть на перспективы с некоторым оптимизмом. Мы дождались появления в Польше оперативной группы в виде американской бронетанковой бригады с танками Abrams, бронетранспортерами Bradley и 155-миллиметровыми гаубицами, с помощью которых можно наносить тактические ядерные удары. Мы не стремимся вступать в гонку вооружений, но из-за действий России (захват части Грузии, аннексия Крыма, дестабилизация Донбасса, участие в боях рука об руку с режимом Асада) даже самым убежденным сторонникам сотрудничества с Путиным придется согласиться с тем, что на эти шаги следует отвечать не дипломатическими нотами, а чем-то реальным: серьезными учениями НАТО на его восточном фланге, в которых мы не будем скрывать, на каком направлении видим угрозу.

— Как ответит на это Владимир Владимирович?

— Стратегия Путина проста: он не может допустить солидарности между НАТО и ЕС. Это позволяет ему вести игру с каждой страной по отдельности. В такой конфронтации Россия может выглядеть мощным или, по крайней мере, заметным игроком. Если ей придется иметь дело с союзом стран, ее сила будет выглядеть гораздо скромнее. Путину не откажешь в том, что он великолепный актер: когда он видит, что Запад уже не может его терпеть, он занимает позицию ответственного неагрессивного политика, служащего единственным гарантом стабильности России — довольно большой части мира. Когда Запад, успокоившись, вновь впускает Путина в свои салоны, тот возвращается к прежней политике. Такую тактику он использовал уже несколько раз и всегда, к сожалению, успешно.

— Вы упомянули об американских солдатах на польской территории. Сможет ли операция «Атлантическая решимость» повысить уровень нашей безопасности?

— Политические последствия мы уже видим. Решения НАТО становятся фактом. Иначе было после саммита в Уэльсе, на котором приняли решение о создании сил немедленного реагирования, однако никаких конкретных шагов за этим не последовало. Тогда даже не устроили серьезных совместных учений, проходивших в предыдущие годы при участии, в частности, 18-го десантно-штурмового батальона, которым я командовал. В отношении России следует принимать реальные шаги, ведь слова, конференции или дипломатические ноты не оказывают на Путина никакого воздействия. Он понимает только язык конкретных действий.

Я надеюсь, что присутствие американских военных станет для него достаточно красноречивым знаком. Одновременно я рассчитываю, что оно склонит наших европейских союзников пересмотреть собственную оборонительную политику, в особенности в плане реализации Третьей статьи Вашингтонского договора, которая говорит о наращивании собственного военного потенциала. Наши западные соседи запустили эту сферу. Россия с 2008 года постоянно вооружалась, создавала реальный боевой потенциал, а Запад все проспал. Ни Германия, ни Франция, ни даже Италия не реагировали так, как следовало.

—  Станет ли создание Войск территориальной обороны шагом к реальному укреплению военного потенциала Польши?

— Важно создавать территориальную оборону и менять подход к безопасности. Мы участвуем в заграничных миссиях вдали от Польши и забываем о защите собственной территории, а ведь именно для этого предназначены вооруженные силы каждой страны. ТО — это самый лучший ответ на так называемых зеленых человечков — неконвенциональные угрозы, нерегулярные действия, необъявленные войны, в которых сложно выявить институционального агрессора в лице конкретного государства. В случае возникновения угроз идея территориальной привязки и защиты малой родины имеет несколько положительных аспектов: это поддержка гражданского населения, а также знание местности и ее материальной базы. Мне нравится, что территориальную оборону создают, ориентируясь на хорошие образцы, потому что командующим этих сил стал Веслав Кукула (Wiesław Kukuła), который командовал полком специального назначения в Люблинце.

— Говорят, что бойцы ТО получают снаряжение, которое было предназначено для солдат регулярных подразделений.

— Войска территориальной обороны — это пятый вид вооруженных сил в польской системе. Я знаю, есть такие люди, которым бы хотелось, чтобы эти бойцы получали не современное оружие, а «объедки» от сухопутных сил, чтобы они чувствовали себя армией второго сорта, которая способна только копать траншеи. Но чтобы эти бойцы могли хорошо выполнять свои задачи, они должна проводить тренировки, быть готовыми к действиям и, прежде всего, гордиться своей службой. Я думаю, Территориальная оборона это им даст. Из разговора с генералом Кукулой я узнал, что за образец взята Национальная гвардия США. Конечно, все будет зависеть от деталей… Для претворения этой концепции в жизнь понадобится сильная поддержка политиков и локальных сил.

— Весь наш разговор крутится вокруг обороны, России и опасности, которую она представляет. В СМИ появлялись прогнозы, что российской армии потребуется на захват Варшавы всего три дня…

— Возможно, да, а, возможно, нет. Зависит, какие средства россияне решили бы применить. Я бы поставил вопрос иначе: зачем им нападать на Варшаву? Потенциал России велик лишь на первый взгляд. Стоит вспомнить, что в оккупации ГДР было задействовано 400 тысяч военных. Это были совсем другие времена, все разворачивалось с международного одобрения. Зачем России сейчас бросать тысячи солдат на захват Варшавы, если в наше время имеет смысл в первую очередь контролировать СМИ, пропаганду, информацию, рынки сбыта? Оккупация сегодня заключается в том, что противника отрезают от ресурсов, которые нужны для стабильного функционирования государства. Говоря о потенциале России, мы часто не принимаем в расчет ее огромную территорию. Она не может перебросить все свои силы на восточный фланг НАТО, поскольку другие ее регионы лишатся защиты.

Кроме того, СМИ не всегда верно сравнивают потенциалы, чаще всего они акцентируют внимание на количестве, а не на качестве. Но, например, эффективность российских танков Т-72 в столкновении с американскими танками Абрамс сомнительна. Вдобавок Россия переживает сейчас экономический кризис. Резюмируя: если россияне захотят, они могут дойти сюда за три дня, но потом им придется еще быстрее отступать обратно. Я больше опасаюсь планов Газпрома, чем воинственных заявлений главы российского Генштаба.