БДК

Российской военной операции в Сирии исполнилось два года – и одним из ее важнейших символов стал так называемый «Сирийский экспресс». Это условное наименование получили рейсы больших десантных кораблей ВМФ, снабжающие оружием и снаряжением и саму Сирию, и российскую военную группировку. Почему Россия выбрала именно такой способ снабжения, как долго еще просуществует «Сирийский экспресс»?

Военная операция Вооруженных сил России в Сирии, начавшаяся ровно два года назад, была бы невозможна без «Сирийского экспресса» – регулярных челночных рейсов больших десантных кораблей (БДК) по маршруту Новороссийск – Тартус. Во время обострения российско-турецких отношений один известный стамбульский блогер, несколько утрируя, заявил, что в случае блокирования Босфора и Дарданелл сирийская группировка ВС РФ окажется в том же положении, что и армия Паулюса в Сталинграде.

Чтобы разобраться в происхождении словосочетания «Сирийский экспресс», пришлось бы провести историко-лингвистическое исследование. Одни источники утверждают, что термин был введен в обиход российскими СМИ (не называя ни даты, ни авторства), другие считают, что он был позаимствован за рубежом, третьи говорят об устном народном творчестве военных моряков. Очевидно одно: общепринятое теперь название крупнейшей в современной российской истории военно-транспортной операции ВМФ уходит корнями в 16 августа 1942 года, когда из Рабаула на Гвадалканал вышли четыре японских эсминца и три транспорта с десантом и припасами – первый рейс «Токийского экспресса», который функционировал около полугода.

Следует отметить, что с точки зрения экономической эффективности БДК плохо подходят для грузоперевозок. В гражданском судостроении есть такое понятие, как коэффициент использования водоизмещения по чистой грузоподъемности, равный отношению массы перевозимого груза к полному водоизмещению. При рассмотрении проектов этот параметр часто фигурирует как основная характеристика транспортных судов. У сухогрузов общего назначения его значение находится в пределах 0,45–0,61 (в среднем – 0,53), у БДК пр. 1171 (спроектированных в значительной степени по гражданским нормам) он равняется, по разным данным, 0,22–0,23, а у БДК пр. 775 и вовсе 0,11–0,13. Таким образом, с учетом количества задействованных в «Сирийском экспрессе» кораблей пр. 775/1171 (11/3) эффективность грузоперевозок большими десантными кораблями почти в четыре раза (3,80) ниже, нежели у обычных сухогрузов. Однако, как нередко бывает на практике, жизнь вносит свои коррективы.

Началом гражданской войны в Сирии принято считать 15 марта 2011 года, когда отдельные антиправительственные выступления переросли в массовые акции протеста, а затем и в вооруженное восстание против государственной власти в рамках проекта спецслужб США и их сателлитов под названием «Арабская весна». Однако Россия не бросила Сирию на произвол судьбы и продолжала военно-техническое сотрудничество с правительством Асада, используя для поставок грузов зафрахтованные гражданские суда. Все осложнилось, когда 10 мая 2011 года регламентом Совета Евросоюза № 442 в качестве ответной меры на действия официального Дамаска в отношении участников протестного движения был введен первый пакет антисирийских санкций. В регламенте, в частности, говорилось:

«Странам-членам ЕС вменено в обязанность инспектировать направляющиеся в Сирию воздушные и морские суда третьих стран (при наличии согласия государства флага судна, как это предусмотрено международным правом), если у стран-членов имеется подозрение, что перевозимый груз содержит оружие или оборудование для подавления протестов. Данная мера будет применяться в аэропортах, морских портах государств ЕС, а также в их территориальных водах. В случае выявления [таких] грузов они будут задерживаться. Более того, самолеты и суда, следующие в Сирию через территорию Евросоюза, должны будут предоставлять дополнительную информацию перед прибытием и отправлением всех грузов».

Первым звонком стал безуспешный досмотр кипрской береговой охраной и таможенной службой небольшого грузового судна «Чариот», зашедшего в Лимасол 10 января 2012 года, чтобы переждать шторм и заправиться топливом. Несмотря на то что, по агентурным данным, на борту находилось оружие и боеприпасы для Асада, киприоты то ли не смогли, то ли не захотели досмотреть судно (скорее второе – у нас с ними взаимная симпатия) и отпустили его на все четыре стороны. Следующим инцидентом, переполнившим чашу терпения России, явилась попытка досмотра российского сухогруза «Алаид», шедшего, как и «Чариот», под «удобным» (в коммерческом смысле) флагом. Попытка была предпринята властями Евросоюза близ берегов Шотландии 18 июня 2012 года. По имеющейся информации, «Алаид» вез в Сирию отремонтированные вертолеты и кое-что еще.

Согласия на досмотр дано не было, судну пришлось вернуться в Мурманск, а каких-то 20 суток спустя заработал «Сирийский экспресс».

Как уже говорилось выше, использование десантных кораблей для перевозки грузов экономически неоправданно, но зато дает гарантию того, что груз будет доставлен по назначению.

БДК являются военными кораблями, которые, согласно статье 95 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, «пользуются в открытом море полным иммунитетом от юрисдикции какого бы то ни было государства, кроме государства флага», а в территориальном море (статья 32) – с учетом ряда случаев, касающихся суверенных прав прибрежных государств. Под иммунитетом, как известно, понимается неприкосновенность, в том числе от осмотров и задержаний. Еще жестче трактует понятие иммунитета (не употребляя при этом самого термина) Корабельный устав ВМФ России. В первых строках которого (статья 2) говорится: «Ни одно иностранное государство не имеет права вмешиваться в жизнь корабля (судна) Военно-морского флота. Всякая попытка в этом направлении должна пресекаться самым решительным образом, в крайнем случае силой оружия в соответствии с законодательством Российской Федерации».

Два первых БДК «Сирийского экспресса»: «Цезарь Куников» и «Николай Фильченков» – вышли из Севастополя под погрузку в Новороссийск в первых числах июля 2012 года. Согласно источнику «Интерфакса», 8 июля «Куников» «получил приказ следовать в Средиземное море», а 11 июля прошел черноморские проливы. «Фильченков» либо шел с ним в одном ордере, либо с некоторым временным интервалом. В дальнейшем оба корабля оперировали вместе в сопровождении вышедшего 10 июля с главной базы ЧФ СКР «Сметливый». Одновременно из Североморска вышел конвой в составе трех БДК («Александр Отраковский», «Георгий Победоносец» и «Кондопога») и прикрывавшего их БПК «Адмирал Чабаненко», а из Балтийска – СКР «Неустрашимый» и «Ярослав Мудрый». 17 июля «Чабаненко» сдал вахту сторожевикам и ушел домой, а объединенный отряд боевых кораблей СФ-БФ 2 августа приступил к выполнению задач в Восточном Средиземноморье.

В целом получились масштабные межфлотские маневры, целью которых, возможно, было скрыть сразу два рейса зарождавшегося «экспресса». Что везли черноморские БДК, неизвестно, а вот на борту североморских кораблей с большой вероятностью находился груз «Алаида». Если это предположение верно, оно лишний раз демонстрирует разницу в грузоподъемности между морскими транспортными судами и десантными кораблями. «Алаид» дедвейтом 9000 т, чистой грузоподъемностью (по очень грубой оценке) 7700 т и наибольшей длиной 122 м против трех БДК длиной 112,5 м и грузоподъёмностью по 500 т (в сумме 1500 т). В том году было выполнено еще четыре рейса, а с 2013 года «Сирийский экспресс» начинает набирать обороты.

Турецкие шипспоттеры (на turkishnavy.net и twitter.com/yorukisik) уже несколько лет активно занимаются мониторингом военно-морского трафика в проливе Босфор. Кроме того, немало полезных сведений содержится и в сообщениях пресс-службы Минобороны России. Согласно информации из названных источников, систематизированной автором настоящей статьи, за все время функционирования «Сирийского экспресса» было выполнено в общей сложности 318 рейсов БДК пр. 775 (265) и 1171 (53), что в переводе на полную грузоподъемность равняется 185 500 т военных грузов.

По годам картина получается следующая: 2012 год – 9 рейсов (разминка), 2013 год – 61, 2014 год – 54, 2015 год – 83, 2016 год – 77, 2017 год (за 9 месяцев) – 34. Ежемесячно в среднем выполнялось 5,4 рейса, в 2015 году – 6,9. Пик приходится на предгрозовой сентябрь 2013 года (когда Обама собирался бомбить Сирию) – 10 рейсов и на сентябрь – октябрь 2015 года (подготовка и начало военной операции ВС России) – 10 и 12 соответственно.

Распределение рейсов по принадлежности кораблей к тому или иному флоту выглядит так: львиная доля приходится на ЧФ – 174 (55%), что неудивительно. За ним следует БФ – 88 (28%), далее СФ – 47 (15%) и, наконец, ТОФ – 8 (2,5%). Одному БДК пр. 775 удалось скрыть свой бортовой номер и наименование от бдительных стамбульских наблюдателей. Командировок было 19. Средняя продолжительность командировки (за вычетом первых трех 50-дневных с СФ по принципу «туда и обратно») – 297 суток (около 10 месяцев). Топ-5 самых выносливых БДК и экипажей возглавляет североморский «Александр Отраковский» (588 сут.), за ним идут «Александр Шабалин» (БФ, 392 сут.), «Калининград» (БФ, 343 сут.), «Георгий Победоносец» (СФ, 335 сут.) и «Минск» (ок. 300 сут.).

Маршрут БДК ЧФ прост: Севастополь (пункт постоянного базирования) – Новороссийск (пункт погрузки) – черноморские проливы – Тартус. Расстояния: Севастополь – Новороссийск – 220 миль (18 часов на 12 экономических узлах), Новороссийск – Босфор – 460 миль (1 сутки 15 часов), длина проливной зоны (Босфор – Мраморное море – Дарданеллы) – 164 мили (14 часов), Босфор – Тартус – 820 миль (2 суток 20 часов), Новороссийск – Тартус – 1280 миль (4 суток 11 часов). В среднем рейс от Босфора до Босфора занимает 10 суток, от Новороссийска до Севастополя (после захода в Сирию) – около 13 суток.

Для кораблей, командированных с других флотов, первый и последний рейс, разумеется, гораздо длиннее и дольше: Балтийск – Тартус (вокруг Дании) – 4400 миль (15 суток 7 часов), причем не исключено, что грузиться приходится не в Калининграде, а где-нибудь в Усть-Луге; Североморск – Тартус – 4900 миль (17 суток 2 часа); наконец, Владивосток – Тартус – 8300 миль (28 суток 20 часов). Думается, что беспримерная экспедиционная операция ТОФ, в которой принимали участие БПК «Адмирал Пантелеев», БДК «Пересвет» и «Адмирал Невельской», состоявшаяся 19 марта – 25 декабря 2013 года, была своего рода экспериментом на людях и технике на предмет мобилизации наличных сил всех флотов. Люди и техника выдержали, но вряд ли стоит ждать скорого повторения чего-то подобного – у БДК ТОФ хватает задач в своем беспокойном регионе, они далеко не молоды, и их ресурс следует поберечь. Что касается кораблей пр. 775 СФ и БФ, то им ходить в Средиземное море придется, чтобы не застаиваться у причала и немного разгрузить черноморских коллег.

В начале сентября возникли некоторые сомнения относительно дальнейшей судьбы проекта под названием «Сирийский экспресс».

Дело в том, что на протяжении предыдущих трех месяцев его активность была близка к нулю: в июне – один рейс, в июле – два, в августе – снова один. Возникли законные подозрения, что ВМФ собирается передать гражданским грузоперевозчикам одну из своих задач, которую он добросовестно выполнял более 5 лет (на сегодняшний день – 5 лет и 3 месяца). Тем более что фотографии зафрахтованных Минобороны «мирных» сухогрузов, контейнеровозов и ролкеров, идущих в Сирию с разнообразными грузами, стали все чаще попадаться на глаза.

Однако как бы опровергая подобные мысли, 15 сентября Босфор прошел «Ямал», 19-го – «Азов», 20-го – «Цезарь Куников», а 25-го, миновав Гибралтарский пролив, в Средиземное море вошел «Александр Отраковский», покинувший Североморск 13 сентября. Таким образом, на 27 сентября 2017 года в Средиземном море единовременно находились четыре российских БДК, что не так уж далеко от среднемесячного значения.

Думается, что, пока в Сирии окончательно не установятся мир и порядок, «Сирийский экспресс» будет работать. Даже если морские транспортные суда возьмут на себя значительную часть грузоперевозок на данном направлении, обязательно будут такие грузы, которые лучше перевозить, обладая абсолютным иммунитетом (под Андреевским флагом). Например, новейшие (совсекретные) образцы вооружения и военной техники, предназначенные для испытаний в боевых условиях.

А после того как закончится война, когда старые добрые БПК пр. 775 будут заменены кораблями новых проектов и исключены из состава ВМФ России, один из них обязательно должен стать кораблем-музеем. В Тартусе или Латакии, чтобы будущие поколения сирийцев не забывали о том, кто спас их страну от уничтожения.