флот вмс фр

В одной из недавних публикаций в СМИ говорилось о «сокрушительном крахе» кораблестроительной части Госпрограммы вооружений (ГПВ) 2012–2020 годов. Впрочем, никаких конкретных данных не приводилось, а потому невольно возникает вопрос – не преувеличил ли автор. Но при более тщательном изучении данного вопроса оказывается, что действительность – еще хуже, чем описано в указанной заметке.

Точные параметры кораблестроительной части госпрограммы вооружений с указанием количества, типов и плановых сроков ввода в строй кораблей и подводных лодок никогда у нас не публиковались. Не принято, как говорится. Но кое-что из официальных источников известно. В частности, ГПВ 2012–2020 была подписана президентом Дмитрием Медведевым в конце 2010 года. На ее реализацию предполагалось выделить 20 трлн рублей. Из этой суммы четверть – 25%, то есть порядка 5 трлн – отпускалось на перевооружение ВМФ РФ. Эти ассигнования должны были стать самой крупной частью расходов ГПВ 2012–2020.

О новой кораблестроительной программе охотно рассказывали тогдашний заместитель министра обороны по вооружению, ныне покойный, Владимир Поповкин и главком ВМФ адмирал Владимир Высоцкий. Данные из их публичных выступлений и легли в основу приводимой здесь таблицы. Директора предприятий судостроительной отрасли также делились деталями будущего пополнения флота.

Не оставалось в стороне и высшее военно-политическое руководство нашего государства. Так, например, 30 июля 2012 года президент РФ Владимир Путин во время посещения северодвинского Севмаша сообщил, что до конца десятилетия отечественный ВМФ получит 8 атомных ракетных подводных лодок стратегического назначения, 16 многоцелевых атомных (АПЛ) и неатомных субмарин, 51 боевой надводный корабль (БНК) – всего 75 единиц. Подлодки, а также 49 БНК планировалось собрать на отечественных верфях, а два десантно-вертолетных корабля-дока типа «Мистраль» закупить во Франции.

10 января 2013 года глава государства и Верховный Главнокомандующий во время посещения атомного ракетного крейсера «Петр Великий» еще раз вернулся к кораблестроительной программе. Он сказал, что до 2020 года флот пополнят более 100 новых надводных и подводных кораблей различных классов. При этом он выразил уверенность, что программа будет обязательно выполнена. Наконец, несколько месяцев спустя, 11 марта 2013 года министр обороны РФ генерал армии Сергей Шойгу на селекторном совещании сообщил, что до конца 2020 года ВМФ России получит 24 подводные лодки и 54 надводных корабля, то есть суммарно 78 единиц.

Некоторое несовпадение в данных вполне объяснимо корректировкой программы в связи с оценкой возможностей промышленности. Однако ее основные параметры были достаточно четкими.

И вот к началу 2018 года, то есть за семь лет, флот пополнился тремя ракетными подводными крейсерами стратегического назначения (РПКСН) проекта 955, одной АПЛ проекта 885, шестью дизель-электрическими подлодками (ДЭПЛ) проекта 06363 (первоначально они вообще не значились в программе), тремя фрегатами проекта 11356Р/М, тремя корветами проекта 20380, пятью малыми ракетными кораблями (МРК) проекта 21631, одним базовым тральщиком (БТЩ) проекта12700. Итого ВМФ получил 10 подлодок и 12 надводных кораблей.

Что случилось с «мистралями», всем известно. О большом десантном корабле (БДК) проекта 11711 даже и говорить не хочется. Программа строительства фрегатов (ФР) проекта 20350 сокращена с 9 единиц до 4, но все равно продвигается с трудом. Головной корабль в серии – «Адмирал флота Советского Союза Горшков» – сейчас в четвертый раз ремонтирует свою энергоустановку. Но самое главное – на нем по-прежнему не работает комплекс ПВО, что неприемлемо для корабля океанской зоны. Не известна судьба второй тройки фрегатов проекта 11356Р/М: то ли их достроят для ВМФ РФ, то ли для ВМС Индии. Правда, здесь виновник – Украина, отказавшаяся поставлять оплаченные (!) газотурбинные установки. При этом непонятно, почему Киев тащит Москву в суд по газу, но Москва не может засудить за фактическое воровство наших денег Киев.

Судя по всему, так и не удалось решить проблемы с воздухонезависимыми энергоустановками для неатомных подлодок. В последнее время о них и не вспоминают. Да и темпы строительства атомных субмарин нельзя признать удовлетворительными. Радуют только «палтусы» – ДЭПЛ проекта 06363, которые после вооружения их крылатыми ракетами «Калибр-ПЛ» приобрели совершенно новое, даже уникальное качество. Правда, в их основе проект, созданный еще во второй половине 1970-х годов.

Единственными кораблями, полностью отвечающими предназначению и тактико-техническому заданию, оказались МРК проекта 21631, отличившиеся в Сирийской кампании. Завод-строитель может сдавать по два таких МРК в год. Но почему-то начали строить по одной единице в год, вероятно по причине отсутствия необходимого финансирования. Потом программу сократили с 12 единиц до 9. Затем начались проблемы с импортозамещением. Но в 2016 году после успешных ударов «калибрами» по объектам боевиков Минобороны восстановило серию в 12 единиц.

О МРК проекта 20800 говорить пока рано. Головной корабль сначала планировали ввести в строй в прошлом году, но он еще не начал заводских ходовых испытаний.

Может быть, удастся сократить отставание от плановых показателей до декабря 2020 года? Увы, нет. До конца текущего десятилетия, наверное, введут в строй РПКСН «Князь Владимир» проекта 955А и многоцелевую АПЛ «Казань» проекта 885М (программа их строительства сокращена с 10 до 7 единиц). Все остальные лодки следует ожидать после 2020 года. Они уже стали основой кораблестроительной программы ГПВ 2018–2027. Если удастся решить проблемы с ПВО, то до конца 2020 года ВМФ пополнят два фрегата проекта 20350, а также несколько корветов, тральщиков и два БДК.

Совсем плохо дела обстоят с модернизацией. Флот так и не увидел многоцелевые атомные субмарины обновленных проектов 971М и 949АМ. Тяжелый атомный ракетный крейсер «Адмирал Нахимов» «завяз» на Севмаше. Его теперь планируют ввести в строй в 2022 году.

На фоне выдающихся успехов, достигнутых отечественным ОПК в области стратегических и оперативно-тактических вооружений, о которых президент РФ Владимир Путин рассказал 1 марта в своем послании Федеральному собранию, судостроительная отрасль России выглядит не так впечатляюще. Это – самое слабое звено нашего ОПК. Но самое главное – а кто же ответит перед Верховным Главнокомандующим за фактический срыв кораблестроительной программы?