000001

Технический прогресс во многом развивается благодаря изобретениям в военной сфере. Но иногда они приобретают совершенно фантастические очертания. Что служит тому причиной: романтизм авторов, их непрофильное образование, отсутствие технологий или искреннее желание дать своей стране совершенное оружие – не всегда можно понять.

Вот, например, танк. Он был создан во время Первой мировой войны после появления глубоко эшелонированной обороны, линии которой было сложно прорвать даже ценой больших потерь после многочасовой артподготовки. Требовалось принципиально новое самоходное боевое средство. Решение о постройке танков было принято в 1915 году практически одновременно в Великобритании, Франции и России. Иностранные инженеры той поры ограничились созданием бронированных коробок на гусеницах с одной-двумя пушками, зато наших потянуло в гигантоманию.

Конструктор Александр Пороховщиков предложил «земной броненосец». Этакий бронепоезд длиной в 35 метров и шириной в три, на десяти колесах диаметром в два с половиной метра в форме барабана. Внутри каждого – двигатель в 200 лошадей, два пулемета и бомбомет. Но броненосцу полагаются орудийные башни, верно? Их было две: в корме и на носу. В каждой – по пушке калибра 152 миллиметра, спаренной с пушкой меньшего калибра.

На врага чудовище с экипажем в 70 человек должно было нестись со скоростью 20 верст в час. Цена предполагалась сопоставимой с ценой эсминца, и правительственная комиссия проект забраковала. Зато знаменитый «царь-танк» Николая Лебеденко был построен. За основу была принята форма тогдашнего орудийного лафета с большими колесами. Модельку с пружинным моторчиком представили императору и получили высочайшее одобрение вкупе с финансированием.

Вот что значит грамотная презентация!

Изобретателю помогал профессор Николай Жуковский с племянниками, будущими академиками Борисом Стечкиным и Александром Минулиным. Проект поражал грандиозностью: передние колеса имели диаметр девять метров, ширина корпуса – 12 метров, две пушки во вращающейся башне и пулеметы. Два трофейных двигателя фирмы Maybach по 240 лошадиных сил каждый, добытые со сбитого немецкого дирижабля, разгоняли сооружение до 17 километров в час. Машину построили и испытали. Стальной гигант легко крушил деревья, но застрял в болоте. Доработку признали нецелесообразной, и проект закрыли.

В стремлении к гигантизму мы были не одиноки: немцы тоже шли этим путем. Их первый танк-монстр получил название Landkreuzer P1000 Ratte («Крыса»). Длина – 35 метров, ширина – 14 метров и высота – 11 метров. Гусеницы имели ширину 3,6 метра и были составлены из трех секций шириной 1,2 метра каждая. Танк P1000 и его орудия (два по 283 миллиметра и до восьми по 20 миллиметров) управлялись экипажем численностью в 20 человек, а в движение его приводили два двигателя мощностью 8 500 лошадиных сил.

Версия Landkreuzer Р1000 Bear («Медведь») несла на себе две пушки уже калибра 800 миллиметров, а также по две 150-миллиметровые дополнительные во вращающихся башнях, расположенные сзади. Двигать этот гигант должны были уже четыре двигателя. Однако конструкторам танка – инженеру Эдварду Гроте и доктору Гаккеру – до самого конца войны так и не удалось разработать надежной трансмиссии. Этот фактор стал главным в числе общих причин провала проекта «Крыса».

В воздухе

Несмотря на кровавый след, оставленный фашистской Германией в истории, надо признать, что множеству сегодняшних достижений в технике мы обязаны именно немцам. Многие из них оказались за океаном. Давно не тайна, что в Германии уже к 1942 году были вполне работоспособные и летающие экземпляры реактивных самолетов. Работы шли настолько успешно, что в 1943 году перед конструкторскими бюро была поставлена задача по созданию самолета для нанесения стратегических ударов по Америке и Советскому Союзу. И фирма «Арадо» начала работу над серией проектов дальних бомберов типа «летающее крыло» под руководством Валтера Лауте.

Arado E.555 конструировался из стали и алюминиевых сплавов, а также имел целых шесть реактивных двигателей. Экипаж из трех человек размещался в герметичной кабине, по бокам которой – две пушки калибра 20 миллиметров, а позади – дистанционно управляемые пулеметные турели. В фюзеляже – бомбовая нагрузка в четыре тонны. Скорость – 860 километров в час, дальность полета – 5 000 километров. Для взлета в перегрузочном варианте предусматривалось шасси, сбрасываемое после взлета. Типа: «Долетим до Америки любой ценой, и будь что будет. Хайль Гитлер!».

Самолет был почти построен, и шла подготовка к серии. Но все закончилось 28 декабря 1944 года. Русские наступали слишком быстро, и фирме «Арадо» было приказано прекратить работу над серией E.555, дабы сосредоточить усилия на производстве истребителей: Кожедуб с Покрышкиным в воздухе, понимаешь. У нас тоже были удачные конструкции, летавшие, но не прошедшие в серию в связи с изменениями воззрений руководства страны на цели и задачи авиации в войне.

Например, К-7 – советский экспериментальный многоцелевой самолет-гигант конструкторского бюро Константина Калинина. Разработан в начале 1930-х годов с использованием новых технологий – хромансилевых труб, листового дюраля и сервоприводов рулей. Длина – 28 метров, размах крыла – 53 метра, максимальная взлетная масса – 40 тонн, боевая нагрузка – 16,5 тонны, скорость – 234 километра в час, дальность – 1 000 километров или 2 400 километров при нагрузке в шесть тонн. А вот двигателей – целых семь, один из которых толкающий. Ну что поделать: не было у нас тогда мощных движков. Оборонительное вооружение – 12 огневых точек (восемь пушек калибра 20 миллиметров и восемь пулеметов калибра 7,62 миллиметра).

Для доставки стрелков к двум хвостовым пулеметам была сконструирована электротележка, передвигавшаяся по тросам внутри хвостовой балки. Опытный экземпляр К-7 разбился во время испытаний на максимальную скорость. Началась постройка серийных машин, но командование ВВС решило вместо «летающих крепостей» строить фронтовые бомбардировщики.

На море

Когда между СССР и Соединенными Штатами началась безудержная гонка подводных вооружений, равных нам не оказалось. В конструкторских бюро по обе стороны океана рождались порой просто фантастические проекты. Часть из них была воплощена в металле в единичных экземплярах. Часть так и осталась лишь в чертежах на пыльных полках.

Транспортно-десантная атомная подводная лодка проекта 748. Проектирование началось в 1965 году. Корабль был способен скрытно доставить и высадить на побережье США 1 200 морских пехотинцев или до 20 единиц колесной и гусеничной техники. Другой вариант загрузки – усиленный батальон морской пехоты (470 человек) со штатным вооружением, три плавающих танка ПТ-76, два бронетранспортера БТР-60, шесть ротных минометов. Людей и технику решили разместить в трех цилиндрах прочного корпуса, расположенных горизонтально.

Экипаж и десантники должны были находиться в среднем, который был наибольшего диаметра. Техника и вооружение – по бокам. В носовой части – две аппарели для высадки танков и бронетранспортеров. Для оказания огневой поддержки морских пехотинцев во время боя за захват плацдарма на атомоход планировали поставить две 57-миллиметровые автоматические пушки, а также зенитный ракетный комплекс. Подлодка имела длину 153 метров и ширину в 21,2 метра. Благодаря применению оригинальной схемы с тремя прочными корпусами удалось добиться сравнительно небольшой осадки в шесть метров. Это позволяло подойти вплотную к берегу.

Подлодка могла бы работать на глубинах до 240 метров, при необходимости опускаясь до 300 метров. Автономность с десантом на борту – 30 суток. От строительства отказались по ряду соображений. Характерно, что в то же время в Соединенных Штатах прорабатывалась возможность создания аналогичной субмарины длиной 220 метров, шириной 38 метров, водоизмещением не менее 10 000 тонн, которая должна была перевозить до 2 200–2 250 морпехов или несколько десятков единиц техники. При этом доставку десанта на берег планировалось возложить на некие плавсредства, способные разгоняться до 80 миль в час.

После анализа возможностей, перспектив и, самое главное, технических сложностей командование ВМС и КМП США решило продолжать развитие существующего десантного флота.

Что дальше?

Сегодня невозможно с определенностью сказать, что принесут ведущиеся разработки. Кто-нибудь, читая в 1940 году патентную заявку молодых ученых из Харьковского физтеха на технологию изготовления атомной бомбы и механизма ее подрыва, предполагал, что первый ядерный взрыв прогремит всего через пять лет? Одно можно сказать с уверенностью: разработки будущего пойдут по пути создания оружия с интеллектом, чтобы максимально снизить риск человеческих потерь.

То есть полноценных роботов, а не девайсов «с эффектом дистанционного присутствия» наподобие сегодняшних беспилотников и танкеток. Придется решить множество задач вроде создания индивидуальных систем «свой-чужой», распознавания образов, выбора маршрутов и районов поиска целей, а также способов уклонения от атак. И это далеко не все, потому что к этому нужно присовокупить создание мощных и безопасных в обслуживании источников энергии, двигателей для гиперзвуковых скоростей, микрокомпьютеров и помехоустойчивых систем управления с коллективным доступом. Но тут же возникнет проблема создания средств электронной борьбы со всем этим «железом». И так шаг за шагом, виток за витком.

Автор: Михиал Тимошенко, телеканал «Звезда».